mevamevo

После февраля 2022 года экономика России сначала пошла в гору, а потом, где-то с середины 2024-го года, начала катиться под откос, набирая обороты. И сейчас не спасают даже взлетевшие цены на нефть. Сегодняшнее состояние российской экономики все больше напоминает попытку усидеть на двух стульях, когда одной половиной жопы государство пытается затыкать дыры в бюджете, а другой переводит промышленность на военные рельсы. Милитаризация расходов неизбежно вымывает ресурсы из гражданских секторов, что на фоне жестких санкций и изоляции от мировых технологий создает эффект медленного удушения.

Малый и средний бизнес сейчас находится в самом уязвимом положении. Высокая ключевая ставка, колоссальные проблемы с международными платежами и общее падение потребительского спроса загоняют предпринимателей в угол. Добавим также то, что душат интернет - поэтому прорекламировать или организовать рабочее веб-приложение для своего бизнеса становится всё сложнее. Даже крупные госкорпорации, которые всё время сосали льготы и субсидии, сейчас их сильно недополучают. (Читали про неплатежи - это было популарно в 90-х, а сейчас вернулось с новой силой. Ждём, когда перестанут платить зарплаты бюджетникам, пенсии, а на крупных предприятиях начнут выдавать аванс не деньгами, а спиртом или медным кабелем.) А частник вынужден выживать самостоятельно, сталкиваясь с постоянным ростом издержек и налоговой нагрузки. Это ведет к деградации качества услуг, сокращению ассортимента и, в конечном итоге, росту цен.

Чтобы как-то сбалансировать бюджетную систему, власти идут по пути наименьшего сопротивления. Мы видим введение новых сборов, прогрессивных шкал и акцизов, которые фактически оплачиваются из кармана конечного потребителя. Параллельно с этим продолжается активное использование остатков валютных резервов и продажа золотого запаса, а экспорт сырья идет с огромными дисконтами, лишь бы сохранить приток наличности. Идеи по привлечению огромного количества трудовых мигрантов из Индии или других стран выглядят скорее как попытка закрыть демографическую дыру любой ценой, не считаясь с социальными последствиями.

Конечный итог такой политики просматривается довольно четко. Скрытая эмиссия денег для покрытия дефицита и структурный перекос в сторону оборонного заказа разгоняют инфляцию, которую становится все труднее контролировать даже радикальными мерами регулятора. Такая экономическая политика приводит к затяжному обнищанию населения и технологическим откатом.

Но с другой стороны прекратить войну Путин не может, ни сейчас, ни завтра, по понятным причинам. Поэтому руководство МинФина, Центробанка, других министерств, администрация Президента, а также вся эта кукольная Дума находятся в ситуации, из которой выхода через двери нет. А из окон прыгать дуже опасно для здоровья.

Технократы в министерствах и Центробанке при этом оказались в роли высококвалифицированных заложников. Они действительно профессионально латают дыры и находят способы обходить санкции, но их усилия лишь растягивают агонию, не предлагая никакого выхода. Эти люди прекрасно понимают долгосрочные последствия милитаризации и изоляции, однако их задача сведена к чисто техническому выживанию здесь и сейчас. Они вынуждены тратить десятилетиями накопленные ресурсы на то, чтобы картинка в телевизоре и на ценниках в магазинах не рассыпалась слишком быстро, превращаясь по сути в обслугу процесса саморазрушения страны.

Проблема в том, что в такой системе полностью отсутствуют механизмы обратной связи и предохранители. Дума и прочие институты превратились в декорации, которые штампуют любые решения, лишь бы не вызвать недовольство наверху. Никто не рискнет предложить реальный план деэскалации или структурных реформ, потому что это мгновенно будет считаться предательством. В результате вся государственная машина несется на полной скорости без тормозов, а в кабине машиниста сидит упоротый дед, которому пофиг что впереди: дорога, или овраг, или пропасть.